Неточные совпадения
И когда кучер отвечал утвердительно, она махнула рукой и отвернулась. Я
был в сильном нетерпении: взлез на свою лошадку, смотрел ей между ушей и делал по двору разные
эволюции.
— Я почти три года
был цензором корреспонденции солдат, мне отлично известна
эволюция настроения армии, и я утверждаю: армии у нас больше не существует.
Хотя главною целью похода
была Стрелецкая слобода, но Бородавкин хитрил. Он не пошел ни прямо, ни направо, ни налево, а стал маневрировать. Глуповцы высыпали из домов на улицу и громкими одобрениями поощряли
эволюции искусного вождя.
Конечно, с первого взгляда может показаться странным, что Бородавкин девять дней сряду кружит по выгону; но не должно забывать, во-первых, что ему незачем
было торопиться, так как можно
было заранее предсказать, что предприятие его во всяком случае окончится успехом, и, во-вторых, что всякий администратор охотно прибегает к
эволюциям, дабы поразить воображение обывателей.
Но необходимо понять, что исконный русский коллективизм
есть лишь преходящее явление первоначальной стадии натуральной
эволюции, а не вечное явление духа.
Жесткость совсем не
есть жестокость, она
есть свойство духовное, а не биологическое, — жертва низшими состояниями духа во имя высших состояний, жертва элементарными благами во имя восхождения и
эволюции человека.
Тут
была и наследственность, и прирожденная преступность, и Ломброзо, и Тард, и
эволюция, и борьба за существование, и гипнотизм, и внушение, и Шарко, и декадентство.
Поэтому и
эволюция в своих естественных пределах неприкосновенна и ненарушима, поскольку каждый несет в себе закон своего бытия и свершения, но в то же время она не может
быть признана универсальным и верховным законом бытия.
Однако для Божества это ни в каком смысле не является необходимой Его
эволюцией, как бы тяготеющим над Ним фатумом творения, без которого не может совершаться и его самораскрытие, но
есть дар свободной, щедротной любви, — благости, благодати и благодеяния.
Эта
эволюция не имеет конца и предела; абсолютное для этого радикального эволюционизма существует лишь в качестве возможности беспредельного движения, т. е. «дурной бесконечности» [«Дурная, или отрицательная, бесконечность, — по Гегелю, —
есть не что иное, как отрицание конечного, которое, однако, снова возникает и, следовательно, не снимается; или, иными словами, эта бесконечность выражает только долженствование снятия конечного» (Гегель.
Теперешний человек соответствует настоящей стадии в развитии земли; предыдущие ступени его существования духовно и физически отличаются от теперешней, и еще более надо это же сказать про последующие мировые эпохи: человек
есть только звено, его не
было и он должен
быть преодолен;
эволюция ведет не к сверхчеловеку, но от человека и за человека.
Соловьев признает, и вместе с тем богочеловеческий процесс, который приводит к Богочеловечеству, для него, как будто бы,
есть необходимый, детерминированный процесс
эволюции.
Эту идею не нужно отожествлять с соловьевским эволюционизмом, при котором и Богочеловек и Богочеловечество
суть как бы продукт мировой
эволюции.
А пока я сидел под тенистыми каштанами Люксембургского сада и впитывал в себя выводы положительной философии. Этот склад мышления вселял особенную бодрость духа. Все в природе и человеческом обществе делалось разумным и необходимым, проникнутым бесконечным развитием, той
эволюцией, без которой потом в науке и мышлении нельзя уже
было ступить ни единого шага.
В
эволюции моего писательства, я думаю, что драма эта
была единственной вещью с налетом идеалистического лиризма. Но я не с нее начал, а, напротив, с реального изображения жизни — в более сатирическом тоне — в первой моей комедии"Фразеры"и с большей бытовой объективностью — в"Однодворце".
К нам — позитивистам — он относился с снисходительной шуткой, но не прощал нам нашего научно-положительного взгляда на
эволюцию общества. Выводы социологии не
были для него обязательны, и он к этой доктрине относился вроде того, как смотрел на нее и яснополянский вероучитель.
Тайна личности единой и неповторимой в мире, личности цельной, в которой ничто не может
быть разорвано, тонет в натуралистической
эволюции вселенной, выраженной в терминах планетарной теософии.
Если человек
есть продукт космической
эволюции, то человека, как существа отличного, ни из чего нечеловеческого не выводимого и ни на что нечеловеческое не сводимого, не существует.
Еще более несостоятелен натурализм, для которого человек
есть продукт
эволюции животного мира.
Мир не
был эманацией Бога, рождением или
эволюцией, а творением, т. е. абсолютной новизной, небывшим.
Творчество не
есть также перераспределение материи и энергии, как в
эволюции.
Прогресс, как и
эволюция, совершенно безличен, и учение такого рода
есть имперсонализм.
Эволюция есть необходимость, творчество же
есть свобода.
Эволюция не только не
есть творчество, она противоположна творчеству.
В истории
есть метаистория, которая не
есть продукт исторической
эволюции.
Личность не вмещается в непрерывный, сплошной процесс мировой жизни, она не может
быть моментом или элементом
эволюции мира.
Это чудесное необъяснимо из исторической
эволюции и исторической закономерности; оно
есть прорыв событий экзистенциального времени во время историческое, которое не вмещает этих событий вполне.
И все эти прихотливые буржуа видят друг в друге смертельных врагов, предаются беспрерывным взаимным пререканиям и в этих чисто внешних
эволюциях доходят иногда до такого пафоса, что издали кажется, не забыли ли они, что у всех у них одна цель: чтоб государство оставалось неприкосновенным, и чтоб буржуа
был сыт, стоял во главе и благодушествовал.
И в учении об
эволюции и в учении об эманации
есть покорность перед необходимостью.
Закон Кармы и бесконечная
эволюция перевоплощений, о которой учит религиозное сознание Индии, и
есть необходимость смерти и рождения, связанная с грехом сексуальности.
Дарвин показал, что человек не
есть абсолютный центр этой скромной планеты земли: он — одна из форм органической жизни на земле, той же природы, что и другие формы, один из моментов
эволюции.
В этом
есть ужас дурной бесконечности мировых
эволюций.
Материализация мира, допускающая лишь
эволюцию и не допускающая творчества,
есть результат падения персональных субстанций и порабощения их, отяжеления их.
Творчество
есть свобода;
эволюция есть необходимость.
Эволюционизм может
быть просто дедуцирован из закона сохранения энергии, как то и пытался сделать Спенсер [Для Спенсера в
эволюции ничто не творится, а все лишь перераспределяется.
Нельзя утвердить христианского государства и христианского хозяйства путем охранения, потому что их никогда не
было, и нельзя утвердить их путем
эволюции и революции, потому что их никогда не
будет.
Познание же
эволюции было лишь пассивным приспособлением.
Можно подумать, что человек для Штейнера складной и является лишь в результате мировой
эволюции [У Э. Шюре
есть места, из которых ясно, что для него человек развился из низшего существа, которое он характеризует таким образом: «Cet être n’avait pas encore de moi.
Творческое развитие должно
быть открыто в мире, а не
эволюция.
Град новый
есть творимая Церковь, творимая в Духе вне
эволюции мира.
Иосиф II смутился, а императрица, сразу догадавшись, что эта
эволюция была сделана по приказанию Потемкина, не высказала ни малейшей робости. Государыня не ошиблась. Это
был действительно один из сюрпризов светлейшего, старавшегося разнообразить впечатления, производимые на императрицу разными зрелищами.
Есть закон
эволюции, по которому выходит, что я должен жить и действовать дурно.
Я образованный человек и знаю закон
эволюции и потому
буду поступать дурно. «Entrons au palais de la guerre» (Войдем же во дворец войны).
Есть закон
эволюции, и потому нет ничего ни дурного, ни хорошего, а надо жить для одной своей личной жизни, предоставляя остальное делать закону
эволюции.
В нем все
есть прорыв духа в этот мир, а не
эволюция, все катастрофично.
Не мастер я эволюции-то эти описывать, да многого и не знаю, а можно бы целую книжку написать, и очень
была бы в наше время эта книжка полезна, чтоб от превратных толкований отдохнуть.
Эта мысль дерзко
была высказана Ницше в то еще время, когда все почтительно преклонялись перед разумом, как перед верховным разрешителем важнейших вопросов жизни. В настоящее время мысль Ницше начинает находить себе широкое признание. Бергсон, например, целиком повторяет ее в своей «Творческой
эволюции».
Граф Орлов заказал картину Чесменского боя, и для художника, взявшегося нарисовать ее, на Ливорнском рейде
были представлены разные
эволюции.
Но зло не
есть необходимый момент
эволюции добра.
На Достоевском нельзя построить эволюционной теории зла, по которой зло
есть лишь момент в
эволюции добра.